*мнение организации может не совпадать с мнением автора

После длительной отлучки для общественной работы в «полевых» условиях руки вновь потянулись к писательскому перу (читай клавиатуре). Внезапно вставший вопрос «что же покритиковать на этот раз» разрешился быстро. Вспомнив о базисной роли, отводимой Карлом Марксом экономике, а вместе с тем и о своём пропадающем даром экономическом образовании, решился на писательскую ревизию покосившегося белорусского хозяйства. Приготовились читать конструктивную критику отечественного экономического чуда? Напрасно! В этой статье вопросов будет больше чем ответов. Вопросов безнадежных и путанных, кои опытные игроки в «Что? Где? Когда?» привыкли называть «гробами». Помните, Станислав Станиславович Шушкевич назвал белорусскую стабильность стабильностью на кладбище? Так вот, начнем это кладбище раскапывать.

 

ГРОБ №1. Где «золотой запас»?

Не Колчака Александра Васильевича конечно, а наш, отечественный. Золотовалютные резервы страны играют 2 ключевые роли: обеспечение экономической безопасности в случае отрицательного торгового сальдо и поддержание курса национальной валюты в случае её девальвации. И то, и другое штормит в Беларуси из года в год. Про девальвацию разговор отдельный, что же с первой функцией ЗВР?

По методологии МВФ достаточным является уровень резервов, который соответствует трехмесячному импорту. В Беларуси этот критерий не выполнялся даже в годы максимума международных резервов, покрывая на нач. 2013 г. лишь 2,3 месяца импорта. В 2014 г. и вовсе сложилась ситуация, в соответствии с которой резервы Беларуси покрывали лишь импорт на протяжении 1,6 месяца. Резервов, сложившихся на 1 июля 2015 г. хватало, чтобы оплатить лишь 1,7 месяца импорта товаров и услуг. А для того, чтобы соответствовать критерию трехмесячного импорта золотовалютные резервы Беларуси должны были составлять не менее 8,347 млрд долларов.

Вроде как поклонники белорусского экономического чуда сегодня должны возликовать – ведь мы вот-вот доползем до необходимого показателя (на 1 ноября 2017 г. «золотой запас» Беларуси составил 7 395,3 млрд долларов). Но не тут-то было. Для стран, экспортирующих продукцию с высокой волатильностью спроса и цен (а Беларусь к ним относится), рекомендуемым критерием является не трехмесячный, а шестимесячный импорт. В таком случае величина золотовалютных резервов Беларуси должна составлять не менее 16,694 млрд долларов. В противном случае, при возникновении экономического эмбарго схожего с российским, белорусы от голода не то что 1000 блюд с картошкой придумают, а вынуждены будут вспомнить всю кухню блокадного Ленинграда включая хлеб из коры деревьев.

Более того, ЗВР Беларуси имеют преимущественно долговой характер. То есть мы припрятали в своих закромах то, что набрали в долг у банков и, что ещё хуже, у зарубежных кредиторов. По данным агентства Standard & Poor’s, ЗВР Беларуси, очищенные от обязательств перед банками и внешними кредиторами не дотягивают и до 1 млрд долларов! Платим проценты за них, трубим народу о перманентном росте «золотого запаса», забывая о том, откуда он взялся. А это уже второй «гроб».

 

ГРОБ №2. Чем платить?

Что стабильно растет в нашем отечестве, так это государственный долг, как внешний, так и внутренний. Вот бы такую замечательную динамику наши зарплаты имели. Ан-нет, не «все коту масленица». Поэтому пока ограничиваемся долгами. За 2016 год внешний государственный долг Беларуси увеличился на $1 млрд. 198,8 млн (на 9,6%) до $13,6 млрд. А с начала 2017 года внешний госдолг Беларуси увеличился на 2,7 миллиарда долларов, или на 19,5% и составил на 1 октября 16,3 миллиардов долларов США. Мы успешно накапливаем долги не только своему поколению, но ещё и нашим детям.

Уже в 2018 году платежи по кредитам составят 2,5 – 2,8 млрд долларов. Денег на их обслуживание у государства нет. Поэтому снова лезем в кабалу – 1,7 млрд долларов внешнего долга придется рефинансировать новыми кредитами. Испуганы? Рано! До 2021 года мы должны отдать 25 млрд долларов! Терзают смутные предположения, что отдавать долг нашему главному кредитору, России, придется в лучшем случае целыми заводами, в худшем – Могилевской областью.

 

ГРОБ №3. Что с валютой?

47% в 1997 году, 20,5% в 2009 году, 189% в 2011 году – хроника пике белорусского рубля по отношению к иностранным валютам. Свалившись в штопор, валютная система до сих пор выйти из него не может. Только теперь власти стали поступать хитрее. Обвалы валютных курсов перестали сопровождаться фанфарами и приурочиваться к таким знаковым для населения событиям как Новый год (видать, стало понятно, что несмотря на высокий уровень подпития, люди после праздников все-таки не утрачивают финансовой бдительности). Начиная с 2013 года белорусский рубль плавно, но неизменно девальвируется. Тем самым, отдаляя заветную среднюю зарплату в «пиццот». Погоня за этой неугомонной цифрой, кстати, в 2010 году и стала одной из главных причин девальвации. Сегодня все повторяется сызнова. Оказывается, история учит тому, что ничему не учит.

Но я далек от потребительского скептицизма, сокрушаясь лишь по поводу неизменно дряхлеющего белорусского рубля. Проблема ведь в другом. Девальвация – действенный механизм спасения национального экспорта. Наши товары с понижением курса национальной валюты дешевеют за рубежом и становятся более привлекательными для иностранного потребителя. В то же время, у себя в стране местный потребитель ощущает растущую стоимость импортных товаров и «купляе беларускае». В теории. На практике же эти положительные моменты девальвации были просто разбазарены. И продавать за границей больше не стали, и спровоцировали народ на очередную серию «колбасных поездов» в Россию, из которой все равно привозили импорт. Так что зарезанный на алтаре стабилизации экономики бычок в лице белорусского рубля оказался напрасной жертвой.

 

ГРОБ №4. Чем не угодила безработица?

Развею ещё один стереотип. Не так плоха девальвация, когда она управляемая. Не так плоха и безработица. Более того, она нужна. Но ведь декларация подобного факта явно не прибавит политических бонусов действующей власти. Конечно, создание государства всеобщей занятости звучит круче, чем повторение тезиса ведущих экономистов мира – «безработица в 4-5% является нормой».

А все дело в понятии фрикционной безработицы. Представьте ситуацию: вы ушли с действующей работы, чтобы перейти на новую, более оплачиваемую. Но для устройства вам необходимо уладить формальности (например, пройти медкомиссию, дождаться зачисления в штат). Все это время вы безработный. И таких как вы много. Кто-то переезжает в другой регион, кто-то переходит на новую работу в поисках лучшей жизни. Эта естественная безработица и носит название фрикционной. Именно она создает те несколько процентов «нормальной» безработицы. Что же с Беларусью? На конец октября 2017 года официальная безработица у нас составила 0,8%. Шикарный показатель! Получается как: не успел человек уйти с одной работы, его тот час же препровождают на другую? Вот это действительно социальное государство!!!

Абсурдно, да, но что же здесь плохого, спросите вы. Дело в том, что понижение государством естественного уровня безработицы приводит к превышению естественного уровня выпуска. Неподкрепленная реальным производством растет заработная плата рабочих. А это приводит, в свою очередь, к инфляции. Краеугольному камню многих наших проблем.

 

ГРОБ №5. Инфляция

Даже не хочется никаких художественных «па» выписывать по этому поводу и придумывать заковыристых названий данного раздела. Уж больно все однозначно и красноречиво. Думаю, словом «инфляция» ещё наших внуков за непослушание пугать будем, как бабаем пугали нас наши родители. Только вот в отличие от бабая, инфляция у нас не вымышленная, а очень даже реальная. Осязаемая нутром нашего кошелька. Я как зарабатывал одну зарплату в 2015 г., так и продолжаю её зарабатывать, ни рублем больше. А цены с тех пор выросли неоднократно. Один только билет на проезд подорожал на 1/3. И не спешите радоваться, если вам пару копеек всё же накинули. Выросли ваши номинальные доходы, а далеко не реальные (скорректированные на уровень инфляции в стране).

Перейдем от эмоций к цифрам. После гигантского рывка в приснопамятном 2011 г. (официально 108,7%, неофициально же инфляцию того года цифрами не опишешь, все заключается в одном выражении – «обнищали как церковные мыши»), были годы «разгрузочные». Всего лишь (уж хоть так) 21,8% в 2012 г., 16,5% в 2013 г., 16,2% в 2014 г., 12% в 2015 г. и 10,6% в 2016 г. В этом году согласно официальной статистике у нас будет и того краше – всего 9%. Безусловно рад. Только вот вернусь к тому, что моя зарплата с 2015 г. не поменялась. А цены за 3 года выросли на 31,6%. Упала доходность по вкладам в конвертируемых валютах, на последнем издохе рынок валютных облигаций. Заработать негде, сэкономить не на чем.

Силюсь понять – а где деньги? Печатный станок работает. Совокупный выпуск на предприятиях худо-бедно растет. Новопридуманные налоги исправно пополняют бюджет. Но в моем личном бюджете ни копейки не прибавилось. Искать, где собака зарыта, долго не приходится. Достаточно посмотреть на рост на 37% зарплат государственных служащих (вероятно, отдел идеологии какого-нибудь райисполкома производит более полезный общественный продукт, нежели завод МАЗ), рост заработных плат бывших силовиков и все тех же представителей госаппарата (наверное, подорвали здоровье, накладывая резолюции на документы). Ну а о прожорливости штата армии и МВД вообще легенды ходят. Но проще ведь найти врагов в лице «жирных банковских котов» (на их месте вполне могут быть страховые коты, коты в турагентствах, биржевые коты, коты-предприниматели и прочие разновидности кошачьих разной степени жирности). Но это уже политика.

 

И так, подведем итоги. 5 «гробов», 5 неразрешенных знатоками вопросов. 5:0  – с таким счетом побеждают зрители. Зрители, руководящие страной.

Pin It on Pinterest